Iron Diary
Дневник Железного человека
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Iron Diary > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Сегодня — среда, 16 января 2019 г.
Мята с корицей(Глава 9) — Цветок,распустивший­ся в груди Светлая Лана 15:41:25
Кроули как-то странно улыбался Александре. Его улыбка не была ни коварной, ни загадочной, ни нежной, а ненастоящей, искусственной. Казалось, что вампир забыл как надо улыбаться. Впервые девушка испытала к Юсфорду сочувствие. Ей было жаль вампира.

«Говорят, что их человеческие чувства канули в лету. Ладно бы ещё какие-нибудь там гордость, честь, сочувствие, забота. Они даже не испытывают ни грусти, ни радости, ни злости!» — с грустью подумала военная.

— Соскучилась по мне? Или, может быть, по этой вещице? — наигранно спросил мужчина, показав Виноградовой её зелёный кулон на серебряной цепочке.

Вещица светилась ярко-зелёным светом, а стоило вампиру поднести её прямо к лицу Александра, так свет стал ослепляющим. Девушка, несмотря на боль в глаза из-за света, попыталась выхватить кулон из рук мужчины, но её попытка была тщетной.

— Какая забавная штучка, не находишь? — хитро сузил глаза Кроули. — Именно она и привела меня к тебе, моя сладкая Bon-bon.

— Что?! — воскликнул офицер, отскочив от врага.

— Ты не знаешь? Это означает «конфетка» по-французски. Раньше я не знал этот язык, но став аристократом понабрался разных сладких словечек от Ферида. Он мастер сладких речей. А ты не пугайся так, милая. Присаживайся, поговорим, — продолжил Юсфорд, грубо шлёпнув рукой по скамейке.

У военной не было иного выхода, как есть рядом с врагом. Оружия у неё нет, позвать товарищей — её быстрее убьёт вампир, убежать — догонит. Кроули резко прильнул к рыжим волосам жертвы, запустив в них свои длинные пальцы и поласкав мягкие локоны. Как бы Виноградовой не были противны его действия, она стала щупать мужчины по одежде, ища заветный кулон. Из-за откровенной одежды зеленоглазая девушка видела мускулистую грудь мужчины. Это заставила её щёки покраснеть.

— Ах, ты шалунья! — засмеялся вампир, схватив жертву за тонкие ручки. — Ты такая нетерпеливая, моя маленькая любовница.

Офицера злили откровенные речи Кроули, его откровенная одежда и откровенный взгляд. Слишком много откровенности. Александра посвятила свою жизнь службе, забив на свою личную жизнь. Ей было противно всё, связанное с чувствами, которые умерли давным-давно в девичьей груди.

— Ненавижу… Ненавижу тебя… — прошептала военная.

Внезапно вампир заметил на своей форме маленькое тёмное пятнышко, оно постепенно стало увеличиваться, вызывая неприятные ощущения мокрой одежды на коже. Затем такая же капелька упала и на широкую ладонь мужчины, раздались еле слышные всхлипы. Юсфорд понял, что Александра поддалась чувствам. В его же груди эти горькие чувства проявились мимолётным уколом. Что-то из давней человеческой жизни всплывало в его разуме. И Кроули понял, почему он выбрал именно эту девчушку! Они были похожи, были двумя одинокими сухими цветками в море жизни и смерти. Их время остановилось, а сами они погрузились в унылую вечность.

Виноградова почувствовала, как холодная рука врага ласково погладила её по рыжим волосам, как мертвенно-бледные губы коснулись её еле живых губ, как горьких поцелуй двух печальных людей согрел её души. Офицер сначала противился своим чувствам, которые подобно цветку малинового пиона расцветали в обезображенном шрамами сердце, бились об белые рёбра, пытаясь разорвать грудную клетку и вырваться наружу. И Александра больше не смогла сопротивляться им. Она откликнулась на дерзкое признание Кроули, ответив на его поцелуй. Сильные руки вампира обвили тонкую талию военной, прикасались к каждому синяку, хотя и не видели их, вызывали порывы боли и крика у Виноградовой.

Наконец-то, Александра отстранилась от мужчины, взяла из его рук свой кулон. Юсфорд с удивлением смотрел на неё. Мол, зачем ты прерываешь нашу прекрасную прелюдию? Разве ты не хочешь погрузиться с головой в запретные чувства, которые так сильно разрывают тебя изнутри?

— Это неправильно. Уходи, уходи пока не поздно! — воскликнула военная, надев на себя кулон.

— Но мы только начали, милая… — прошептал вампир.

— Уходи! Убирайся! Хватит, хватит меня преследовать! Лучше исчезни или умри от моей руки, не мучай нас обоих! — снова крикнула Александра и скрылась в темноте.

Она не видела, ушёл ли Кроули, не слышала шелест его белого плаща, но перед лицом Виноградовой снова и снова всплывал его силуэт с яркого-алыми глазами, которые умоляли её остаться.
воскресенье, 13 января 2019 г.
Кажется, я возвращаюсь сюда каждый раз, когда мне одиноко. Весьма забавно Призрак Сахарной Ваты 16:07:15

ГАХАРГА!­!!

­­
Вот бывает же такое настроение, когда вообще не хочется готовиться к экзаменам? Вот я определенно сейчас в нем.

Задрочу третью Дьяблу. Учитывая мою любовь ко второй - ну, такое себе. Хотя надо сложность пофиксить - думаю, станет лучше. Закопавшись в лор, понял, что игровая серия еще более огненная, чем мне казалось. И в этом плане третья часть очень классная? ищешь еще неизвестные кусочки.

Так получилось, что большая часть моих друзей из Москвы отпали. Частично моя вина, частично не моя. Кто бы мог подумать, что не самые приятные отношения закончатся по итогу вот этим вот. Обидно, когда ты был в компании 5 лет, а потом просто не можешь туда вернуться в какой-то момент. Все мы взрослеем и люди отпадают. Но когда оно дается такой ценой - это немного грустно. Поневоле думаешь, что это сейчас тебе 24 и ты вполне найдешь себе новую тусовку. Но ведь отпадают и старые люди. А с возрастом найти новых близких все сложнее. Довольно жуткое осознание. Когда-нибудь я, скорее всего, стану относиться к этому более спокойно. Но пока что это дается тяжело.

Зато вроде бы что-то строится в НН. Затусил с местными ролевиками, они мне определенно по душе. Ребята более колоритные, чем московские. И воспринимаются иначе. Я бы сформулировал это как "не толчки" (но тут надо хоть на одну полигонку съездить и посмотреть). Ощущаются более интеллигентными. Мне этого отчасти как раз и не хватало.

Сейчас начался новый год, а я все никак не могу войти в ритм. Ну, это потому, что проболел неделю, так бы уже носился во всю. Думаю, завтра пойду в универ - и сразу включусь. Но сегодня все еще слишком меланхолично. Очень надеюсь, что на экзамене это не скажется. Он капец сложный.

Такие вот дела. Так и живем.

Подкаст Valerie Broussard - A Little Wicked ( 03:30 / 8.3Mb )

Музыка Куплинов на фоне
Настроение: живем
Категории: Воспоминания, Обо мне, Размышления
суббота, 12 января 2019 г.
. Хорьхэ 18:10:02
 Какой ад я пережил вчера...
Я не давно порекомендовал одной девке антидепр и... Как бы меня наказали за это!
Вот, мол жуй, доброхот.
Она ж должна умучиться, как ты в ее годы, а ты подшухерил.
Мразь, получай. Вот такая мысль чет посетила. Ну, про мои мучения писать сложно. Это мне нужно нажраться накуриться.
Но я напишу. Очень сложно.
Наконец-то я один.
Начну. Неважно, куда я должен был. Неважно.
Я, не спав накануне, как дурак, от нервов или. В общем, я ожидал ад, я получил. Но... Нетак, как я думал. Я ныл везде анонимно, как мне страшно, и... Заметил интересную херь. Это возбудило меня. Сама возможность сказать,
мне страшно, понимаешь, послужила хорошим таким спусковым механизмом. И, я решил не уходить, не кончив. Чтоб просто скинуть напряжение, и. Сделать это на обретеном триггере. Нувыпоняли)
Что там, это было бесподобно. Сама идея сейчас при оглядке в ее конкретном выражении,, вызывает у меня недоумение. Но при глубоком вхождении в транс все становится обьяснимо. Я пришёл в крайне романическое состояние после. Я хотел бы жить в этом состоянии... Но, как само собой, ныне я его утратил и утратил довольно быстро, лишь начав ненавистные сборы. Весь этот деловой настрой напроч вышибает романтику.
Я на нервах выбег из дому. Вся вот эта дерготня. Я в аду ее видел, да.
Ну да ладно. Я сел в транспорт, набитый утренними работягами. Было темно и бесперспективно, тягостно и безрадостнов то ледяное гадкое зимнее утро...
Я определённо родился здесь, в этой стране, чтоб быть поближе к аду, чтоб мучиться всю жизнь от холода и голольда.
Я дурак, чего там.
Я почувствовал, как начинаю погибать от холода, но это было терпимо.
А нестерпимо было дальше. Дальше мой неугомонный мочеточник решил, что пора. Он послал пару болевых сигналов в почки, дальше просто терзал уретру прибыаающей водой.
Я понял, что все хуже, чем казалось.
Мне нужно было очень далеко, дальше, чем обычно. Я мог бы вылезти пораньше, после сесть опять, но время! Я терял его. И я решил подыхать. Не знаю, как мне пришло, скорее от невыспанности, положить голову на стекло. И я, вот так, держа ее чуть набок, терпел и внутренне плакал.пиша,я пишу к невидимому гипотетическому понимающему читателю, хотя, по моему опыту, таких очень мало. Но иллюзия понимания ниипаться как согревает душу.
Итак. Я сидел и медленно погружался в великое ничто. Все стало каким то водянисто расплывчатым, смутным. Я решил не впадать в отчаяние, хотя был близок к нему. Я отвлекался видом за стеклом и смутно вспоминал и впадал в забытье. Я вдруг представил, что у меня очень очень большие глаза и это очень поэтичный вид придавало склонившись набок и с большими глазами. Я был еще скромен, а меня кто то безоговорочно принимает или примет. Да, вот так я страдаю беспонтово, а меня любят и принимают. Ибо, по неясной мне причине, моя уретра зачем то поддерживает связь с населением. Да, с тем что я так презираю, с людьми, с народом.
Далее, с горя, чтоб легче выдержать-а я неосознанно делал все для этого, я стал перечислять в уме буквы, ожидая ту, что позволит сделать это легче. Я нашел. Она синяя. И меня очень поддерживал синий цвет и оттенки его. И я видел, как меня в полумраке встречали огоньки каких то парадных и бредил, как я жил там с человеком, который тоже всю жизнь считал себя неудачником. Это его слезы подьялись на стекле и вокруг все стало слезно слюдяным.
И мы жили где то у воды, у моря даже, бедно и бесприютно и неудачники, да.
Столько этих слез... Непонятных.
И меня просто уносило от всего. Дальше. От всего мира. Я видел вывески, людей и я просто знал-у но сит. Я будто скончался и меня уносит куда то за пределы. Некоторые знают это, а кто то нет, но они смотрят на меня на остановках. Я не принадлежу, это не относится ко мне, каждый обьект напоминает мне о том, какой я лох и неудачник, ничего не добившийся лузер. Но... Уже все.
Уже уносит. И взгляд на остановках... Прям в душу, в середину груди. Ух. Они немного цепляли меня за живое, бередя старые социораны. Раньше я бы сел прямо, приосанился, принял позу, напялил маску.
Но... Я решил оставаться подобно неодушевленному обьекту в том же положении. Смотрят и смотрят. Меня уже тип нет. Я выдержал. Но вот сейчас, вспоминая, я чувствую, какого это, как это трудно, грубо и нелегко. У меня, пожалуй, не будет слов, чтоб передать этот социодискомфорт словами...
И по сю пору я думаю, насколько я гол пред взглядами, как это трудно их выдержать.
Мне нужно работать в этом направлении:выдержи­вать взгляды.
Ну так вот. Продолжу.
Я умирал. Именно так. Мои страдания были схожи с этим. Я мысленно иногда просил водителя, чтоб он не останавливался.
И я подумал, как вообще страшно-умирать. Ты просто ощушаешь мучения, ничего кроме.
Ты не знаешь, что ждет, и я еще, напомню, находился в неком поэтическом уныниии, поэтической грусти, которая позволяла мне выдержать, протянуть. Впрочем, осознание своего конца, поставило меня перед фактом, что грусть и упадочный настрой уже не помогают. Я умираю... Нет. Это не то. Да, может, я и умираю, но я буду жить. Я выживу. Я обязательно... Жить... Я живу. И вот это уже дало силы. Пусть обьективно я подыхаю, но я настроен на жизнь и душа как то вдруг обрела силу именно с настроем на жизнь!
Ну, вот мы у места выхода... Я был в трансе... Выскочив, я в полуосознанном состоянии побежал туда, где б смог отлить... И... Я сделал это! Я долго журчал, пошатываясь... Я готов был потерять сознание в процессе... Чесались десны.
Отлив до последней капли, я вышел.
Думаете, все? Ан, нет. Я еще не рассказывал про путь домой.
Сидя в искомом здании, я подумал, как человек реагирует на все. Скажем, на звук открывающейся двери. И прочие вещественные ощущения. На звук своего имени. Дух вздрагивает от звуковых колебаний. Это ли не зависимость. Я был протяжным в момент мучений. Это нужно было :протяжность, неторопливость. Вспоминая детство, я подумал, что я жил там какое то время с ощущением того, что я никогда не вырасту.
Что я так и буду ребенком. Никогда не взрослым. Оно нагоняло легкую тоску и безысходность.
Я находился там где то около шести ч. И не курил. Поэтому, выйдя, я первым делом закурил на обочине. И... Начал падать. Кое как вернул равновесие и пошатываясь, слабыми шагами, пополз на остановку.
Идя до нее, я думал, что трудом, именно трудом, я никогда не искуплю своей кармы. Потому что сколько бы я не трудился, сколько б не изнемогал, это как правило, убивало мою душу и не даровало решительно ничего. Абсолютно. Кроме горького опыта и измождения.
На остановке я увидел забегаловку, но решил не заходить, хотя есть хотелось.
Приблизился автобус, не мой, и, какая то старушка еле подползала к двери по сугробам, рискуя соскользнуть под колеса.
Водитель ее не особо замечал, она бухтела себе, мол, нашел где встать, никак не поднимусь, я крикнул на импульсе:"подождите­!" ведь я б не хотел увидеть ее под колесами. А позже подумал, ну какого хера я лезу все, может, она много грешила и это был бы логичный финал.
И мне б нужно меняться и просто наблюдать, не помогая отныне никому.
Социодоброхот, бля. Как бы я не ненавидел и презирал людей, я не хотел бы, обычно, их физических страданий. Чтож, решено. Меняюсь.
Я сел и мы доперли до нужной остановки. Там опять пересел, ессно, покурив и поев перед тем. И отлив!
И дальнейший мой путь ознаменован был уже моральными страданиями. Ибо я возвращался... Неудачником в любви. Мне была именно такая ассоциация, что вот, возвращаясь, я возвращаюсь потому, что претерпел неудачу в любви, гадкий недостойный лах.!!!
И вот уж я домысливаю, как меня выгнали из дома, чтоб я вернулся домой к себе, что идти мне сперва некуда и я непотребно обретаюсь рядом с вечерними мазиками и клянчу. А после меня уводят во тьму, на задворки и просто убивают. И я смотрю на асфальт и думаю,"позор", я позорен. Я ощущаю жгучую волну или жар позора. И, видя уютные жилища, внутри, я думаю, что эти люди будут жить здесь в тепле и уюте, что они заслуживают, а я нет.
Они преуспели в любви, нашли себе стабильную пару, а я нет. Им хорошо, а мне нет. Это было похоже на начало, когда я страдал физически,что вот, люди преуспели в амбициях и в обществе, добились, устроились, могут быть спокойны, а я нет. Я лах.
И, на одной остановке я увидел парня куркулистого вида и он смотрел, как я лежу на стекле с отрешенно растрепанным, безжизненным, непотребным видом. Он смотрел, не отводя взгляда. Он обладал или хотел бы быть выше, чем я. И я. Не отвел взгляда и буровил его. И, когда мы стронулись, я показал ему фак.
И слегка улыбнулся. Да, да. Дрова показали фак и улыбнулись. Я оставался собой перед взглядами, я оставался отверстым непотребством, лахом, дровами.
Я был расслаблен, я не играл.
Вот так то. На сем закончу.


... Riо. 13:47:18

mini cabanos­si

Теперь у меня целых две мотивации. Я не люблю планировать и загадывать наперед, но ожидаю две встречи этим летом. Я надеюсь и верю, что все пройдет хорошо, что будет много приятных воспоминаний. Это будет чем-то новым для меня. К этому времени мне нужно понять себя, разобраться в себе, принять все свои состояния и научиться жить. Научиться жить по-новому. В данный момент я почти ни с кем не общаюсь, это какое-то время удручало меня, но я восприму это как шанс полностью углубиться в себя и тратить время на работу над собой.
Я очень хочу дарить людям, особенно близким, что-то доброе и заставляющее их чувствоввть себя счастливыми. Но пока я не разберусь в себе, я мало что смогу дать.
Это снова сентиментальные рассуждения, которые время от времени изъявляют желание появляться.
Одно нужно точно для себя понять. Борьба бесполезна, не нужно бороться, нужно принять и объективно анализировать.
Только так будет результат
Поднятие уровня в одиночку | Solo Leveling | Na honjaman lebel eob Chiquitita 07:59:15

Жанры: сёнэн, приключения, игра, фэнтези

Категории: Манхва, В цвете, Веб
­­

Категории: МАНХВА, В цвете
36 Мисс Франк 06:40:36

Вы называе­те это тьмой. Я же – силой.

Новый год вновь доказал мне возможность создать не повторное, не цикличное. Глупо, но у меня до сих пор внутренний страх, что каждый период, сезон, месяц неизбежно будут повторяться, будто по сценарию. Конечно, если верить усердно, так оно и случится на основании самовнушения. Я бы давно уже вновь погрязла в ненавистных муках и спонтанных глупостях.
Я не верую, хотя, отрёкшись от примитивных религий, на протяжении четырех лет обращалась к своему собственному немного выдуманному Богу, который является воплощением всего гадкого и аморального для обычных людей. Только к нему я искренне взывала и просила помочь исполнить или направить на исполнение моих эгоистичных, самовлюблённых желаний. Чаще всего, это работало. А в некоторых случаях я наоборот теряла и вовсе любую, казалось бы, надежду на нужное, чтобы затем долгое время возвращать всё обратно и как никогда переосмыслить своё отношение и подход к ценностям.
На днях я поняла, что мои убеждения и выдуманная вера крайне совпадает с бегло прочитанными строчками в сатанинской библии. И что же? Моя душа, будь она ещё при мне, захотела узнать каждую мелочь, а лучше - купить в книжном формате библию. В "читай-городе" её не оказалось, зато христианской и прочей лабуды пруд пруди. Я нашла лишь за бешеные деньги на посторонних сайтах книгу, и я всё равно куплю. Еще позавчера я бы и дальше продолжала мысленно листать сатининскую библию, но всё-таки мой милый план удался, и мне удалось развести на 14к глупого немца, который уверил в то, что я полечу в его счёт в Германию в качестве фото-модели. Конечно, в саму страну я хочу, но не за выдуманный рейс с пересадкой и не в качестве позора на никчёмных снимках этого старика. Не понимаю, как ему самому не видно, что у него лишь один талант - портить любого человека как искажёнными позами, так и идеей фотографий.
У меня всегда была детская мечта без сомнений тратить направо и налево определённую сумму денег за миг на любую прихоть. Можно немного подождать, я получу со стипендии и прочих поступлений, дабы число было симпатичнее - 20к.
Я аморальна, я наслаждаюсь этим и не отрицаю, но человечна, потому что при всём выше описанном мне доставляло чертовски приятное удовольствие, грело мою очаровательную душу помощь абсолютно незнакомым людям по, вроде бы, мелочи.
На сегодня из планов (как хорошо, что и абсолютно вся сессия автоматом, и я полностью свободна до 11 февраля) дописать главу, а ещё пересмотреть один из старых мультфильмов "Барби". Кажется, я вспомнила своё старое лесбийское отп. Хоть бы были годные кадры для фан-видео!

­­


Категории: Мысли, Ощущения, Счастливчик, Чудеса, Вести, Амораль
показать предыдущие комментарии (3)
14:01:57 Развалюха
Не угадала.)
14:02:29 Развалюха
Изначально ты не уникальна. Ну типа, все странности и необычности, которые в тебе есть, ты сделала себе сама.))
14:53:51 Мисс Франк
и кто же я на самом деле?
16:30:23 Развалюха
Из того, что я помню (а это было, ни много ни мало, 5 лет назад), ты - девочка с верой в чудеса. Девочка, которой очень хотелось оказаться особенной, которая верила в свою исключительность. Ты не подумай, мне наоборот, нравится, что свою уникальность ты сколотила сама.
пятница, 11 января 2019 г.
завтра никогда не наступит older than dead 21:55:39

faded spectre­ sings me to sleep


Смерть не впечатляет так же, как жизнь.

Вот уже сутки у меня нет собаки. Не ощущаю потери, вероятно потому что половину нашего с ней взаимодействия я на неё тихо раздражалась: она была простодушной и довольно глупой. Ну и да, она была не моим питомцем, но тем не менее я была за неё в ответе. Она прожила без малого десять лет в любви, ласке и избалованности, которыми её обеспечила мать. Я думаю, нет, уверенна, что у нас обеих Моника ассоциировалась с бабкой. Эта мысль у меня возникла, когда мы вчера с мамой возвращались под дымок и её безнадёжные всхлипы (терпеть не могу подобные картины плача, но вчера я просто уткнулась носом в ворот куртки и шла). Когда она мне позвонила, я успела лишь зайти в квартиру, но тут же вышла, как только она сказала, что Моника умерла, и у меня есть минут тридцать до закрытия клиники, чтобы попрощаться. Я не пошла на автобус, потому что ждать пятьдесят девятый --- это бесполезно прохлаждаться на крайне ветряной остановке. И пошла пешком. Пока шла, пыталась настроиться на тоску, как бы навевая печально-стыдливые мысли. Ничего, конечно, не вышло. Я просто шла, пока не увидела возле рынка пятьдесят девятый (что странно, ведь он такой капризный рейс, а тут и мне в обратную сторону шёл, и в «моё» направление ехал...), запрыгнула на него. Я подумала: может, мне куда-то зафиксировать свои мысли? Или просто как факт сообщить, мол, умерла собака, ничего не ощущаю и даже не знаю, на какое место надавить, чтоб почувствовать стыд за это? Нужно ли, чтобы обо мне плохо подумали? До того, как села, я вспоминала, насколько была равнодушна к смертям бабки и деда, последнего я, кстати, любила. По крайней мере, его я любила. Но мы виделись слишком редко, чтобы я могла дать реакцию на это? Иногда мне кажется, что я могла бы заскучать по нему. Просто нет времени. Единственная смерть, что впечатлила меня --- смерть морского свина Людвига. Всё. Я была мелкой и словила истерику. Но...я была мелкой. Вернее, мелкой-но-взрослеющ­ей --- и если непонятно к чему я веду, то сделаю прозрачнее: примерно в том возрасте появились первые месячные, а потому настроение позволяло себе скакать с размахом от нуля до сотни накалом. Или дело в этом, или в том, что я намеренно ищу причины для эмоций вместо того, чтобы искать поводы для них. Возможно. Возможно. Вспомнила! Другая свинка умерла в мой двенадцатый или тринадцатый день рождения. Мы ехали к неважно-кому за город, Троицк. Ехать на машине долго. Стояло непосильно жаркое лето. Монику поили с бутылочки, а свинку --- нет. Почему-то никто не подумал, что она может жариться. А ведь она сидела в переноске, большей её всего на пару сантиметров...или на один. Визуально уже не вспомню. Она откинулась, потому что свинки сами по себе мрут как мухи, а тут ещё подсобила погода, действительно душная. Кажется, я хотела как-то обвинить себя в её смерти, но убедить себя не удалось. Я просто хотела провести день рождения. Но у подруги (за неимением лучшего описание данного персонажа) была аллергия на шерсть. И это не остановило нас перед поездкой в конюшню. Не помню, она умерла, когда день рождения наступил или уже под конец дня? Я помню, что мы её закопали в коробке из-под обуви. Людвига, кажется, так же. У него смерть была действительно производящей впечатление. Он разболелся. И когда мы его в последний раз держали на руках, он плакал. То есть...я не знаю, что это было. Может, это реакция слизистой глаз на какой-то необратимый процесс или что-то ещё. Но суть в том, что умирающий зверёк пускал слёзы. Неважно, чем это объясняется. Важно то значение, которое приобрела сия картина в глазах осмысляющего человека. Лирика. Возможно, более душещипательного зрелища я в жизни не смогу наблюдать. Даже сейчас меня это тронуло, пока я писала. Нет, не зрелище. Я почти ничего не помню, прошло практически десять лет с того момента. Ощущение беспомощности? Ну, нечто такое тонкое-претонкое, неуловимое и «луко-раздевающее».­ Я не плакала по бабке. Изображала, конечно, глубочайшую подавленность, но трепетало меня это событие не больше пыли в чужом углу. Где-то в глубине себя я осознавала облегчение и радость. Эта карга больше не будет устраивать террора. Я этого ждала. И я этому готова радоваться и по сей день. Все, кто с ней работал, кому она содействовала и ради кого добивалась справедливости, был убиты горем. Не знаю, насколько искренне. Мне было, на самом деле, плевать. Её смерть означала так же и то, что я не буду смотреть на этих престарелых кадров, у каждого из которых найдётся целый букет нездоровых тенденций и синдромов (один такой кадр переложил с больной головы на здоровую, на мою здоровую, но это не час откровений по аспектам моей жизни, да и этим дерьмом делиться не хочется ровно так же, как не хочется подавать дерьмо на стол даже самым дерьмовым гостям --- паршивые люди, может, и заслужили навернуть половник говна, а вот кухня, стол, посуда: они ничего тебе не сделали, чтобы получить такое обращение; да и самому себе нужно так уж постараться нагадить, чтобы быть достойным сервировать экскременты). Эта женщина любила себя. Она любила косметику. Она любила путешествовать. Зачем она заводила себе дочь? Зачем? Если ещё замужество --- чёрт бы с ним, но почему она рожала мою мать, если была такой передовой, активной и самодостаточной? Не знаю, в общем, это риторика, не обращение, просто слишком странно для плотного эгоиста создавать ребёнка и не избавляться от него. Она любила своих пенсионеров. Обожала все эти движения, все документалки, которые снимались, она ходила и добивалась у некогда мэра Москвы Лужкова внимание. Она нашпиговала мне детство девятыми маями так сильно, что нет ничего удивительного в моём отвращении к идеи патриотизма. Но терроризировала она меня не этим, просто некоторые вещи можно вспоминать с иронией, глядя на себя нынешнего. А некоторые вспоминать бессмысленно, даже если они ироничны. Просто скажу, что вся моя личность грозится свестись к личности моей бабки. Всё дело в эгоизме. Я по-настоящему выходила из себя только в те пару случаев, когда дело воистину касалось проделанных мною трудозатрат. Деда я любила, но, видимо, он не стоил моих эмоций, в отличии от какой-нибудь там защиты на старшую категорию. И вот объясняй-не объясняй: дед-то в жизни бывает один, а таких мероприятий --- целый воз, стоит ли оно того? Когда я дошла до клиники, то всё думала, что мне придётся опять строить кислую мину, потому что за это не осудят. Я не сразу нашла кабинет, благо, их там всего штуки четыре или пять. И вот я захожу в последний по счёту. Там сидит мать слезами обливается. И на кушетке лежало пятнистое тело под клетчатым пледом. Очень нежное мягкое ушко и висок очень шелковый. В районе рёбер было совсем тепло. Мать как будто ходила на курсы правильного страдания. Театрального, что ли. Я не ходила. И я не знала, как должна выглядеть моя панихида. В каком месте гладить, чтобы правдоподобнее? Я не знаю. Вроде бы я даже пустила слезу, но я всю дорогу выдавливала хоть какую-то обратную связь на событие, поэтому к гадалке не ходи --- вымученная это была влага. И грусть тоже вымученная. Мы вышли из кабинета, я села. Мама стала одеваться. Попрощалась с доктором, которая в кабинете пускала успокоительные речи: она у вас хорошо жила...жила в любви и ласке...ну, ничего, срок десяти лет приличный...а это от вас не зависело...диабет --- это всего лишь склонность...конечн­о, спаниэли и пудели --- все они склонны от него умереть. Пару дней назад я ходила в кино, когда мама повезла собаку в ветеринарную лечебницу. Ничего серьёзного, похоже на отравление: с кем не бывает, поголодала бы, порыгала бы, ничего, с кем не бывает; ну трясётся, ну слабенькая, ну кислая --- ничего, с кем не бывает. Мы созвонились с мамой. Я говорила о том, что иду в зоомагазин покупать Монике тот-самый-корм. А мама говорит, что не нужно, потому что врач предложил временно исключить сухие корма и посидеть на диете из творога и кашек. Она сказала, что врач приказал жить до двадцати лет. «Им тоже нужны деньги» --- сказала я, когда мы возвращались из лечебницы. А мать не переставала причитать и искать виноватых. Вспомнила про комок шерсти перед дверью --- это проклятье, нас прокляли. Вспомнила, как уставала от собаки. Вспоминала, как на всякую болячку Моники её подруга-коллега реагировала как на отмазки в стиле «вечно у вас всё не слава богу», как будто у неё в прошлом году не было целого перечня проблем с её Лерой (кстати, я на репетиторстве с ней подрабатывала в дипломный год, и честное слово, более глухой стенки из тупой невосприимчивости я ещё не встречала (на тот момент) --- это чадо с меня ростом и крупнее меня в габаритах с довольно отталкивающим дефолтным выражением лица только под крик своей мамки могла хоть что-то выдавить; вечно ждала, когда я сама отвечу на собственный вопрос, она приучена к тому, что лучше быть глупее пробки, чем допустить ошибку или вообще чему-то научиться: да и стоит ли удивляться такому отношению, если мамка всю жизнь росла троечницей, всегда всё делала абы как (я знала это и на практике) и всегда-всегда находила оправдание для недалёкости: вот вам и дисграфия как причина неграмотности, а так же пр. и пр.). Почему-то дети воспринимаются как причина, чтобы взять отгул на неделю. А животное, чтобы передвинуть график одного дня на два часа с полной отработкой, --- это уже симулянство. Двойные стандарты. Прям как моя начальница в легкую может взять день отоспаться и работать удалённо, потому что на днях ездила в другой город и устала, и так же в легкую может говорить, что «мы не согласовываем приход на час позже, потому что ты хочешь поспать --- даже с учётом отработки». Не знаю почему, но я вспомнила. И да, я знаю, что она себе может такое доверить, а мне --- нет, потому что не хочет избаловать меня лишней вседозволенностью. Монику мать очень избаловала. Не хочу бросать обвинения, но будь у собаки диета из того рациона, что ей положен, то никакого диабета ей не светило бы. Мы его...пропустили. С кем не бывает. Моника меня доставала. Была шумной и пыхтящей. И она ассоциировалась с бабкой. Пока та болела и была жива, матери посоветовали купить собаку, чтобы бабка мотивировалась на прогулки с ней, чтобы собака грела и лечила. Мать соврет, если скажет, что не ассоциировала Монику с бабкой. Она всегда заверяла меня в том, что ей тяжко быть в доме одной, её всякое преследует. Я не верю в порчи, не верю в предзнаменования, не верю в преследующих призраков. Но я могу поверить в тяжесть переживания смерти собственного родителя. Мне не доводилось ощущать, но это что-то из разряда очевидного. Это ведь всегда приносит людям боль? всегда, когда они привязаны и любят. Я привязана, по-моему, только к себе. Меня всё время упрекают в моём эгоизме. И в том, что для меня нет ничего важнее самой себя. И вообще я сухая и твёрдая, но мне почему-то нравится представлять со стороны, как идёт заплаканная мать. И иду я с каменным лицом и, вероятно, каменным сердцем. Но возможно я буду скучать. Это вроде и избавление, но и не такое, как предыдущее. Всё-таки я любила потискать Монику, полюбоваться на неё, иногда я с вниманием была готова заботиться... Даже сейчас событие, под которым я пишу, меня интересует не с точки зрения своего влияния на меня по причине самого события как такового. А по причине того, что я рефлексирую касательно собственной личности. Моя жизнь и моё существование меня куда больше впечатляет, чем произошедшая смерть. Я не говорю, что это плохо или хорошо. Просто так обстоит дело --- вот и всё.
Вот и всё.

. стакан портвейна. 05:19:32

глазам своим не верь.

всё никак не могу морально настроиться на большой пост про праздники.
а может оно и не надо, но всякое же случилось за эти дни.
я каждый раз открываю это окно и такой: ой, ну нахуй. и закрываю обратно.
так уже раз десять было. ещё стопочка фильмов накопилась. три из них с Томом Крузом, кстати.
и они все классные, правда. я даже не ожидал сам.
ладно, может вдохновение как-нибудь и придет. а пока я морально заебанный, несмотря на все выхи.

збс прям трек.
JT Machinima - Can't Be Erased
показать предыдущие комментарии (1)
05:29:53 стакан портвейна.
да тут такое: берешься писать, потом осознаешь, сколько ещё текста надо печатать и прост закрываешь хд такое на порыве пишется, я думаю. но чем дальше от событий, тем меньше порыв.
07:53:08 шиpояша
Кстати говоря, ты же не закончил писательский флешмоб..
08:08:26 стакан портвейна.
ээ...я вообще про него забыл хд
08:13:31 шиpояша
Вот и вспомнил А ну расписывайся
четверг, 10 января 2019 г.
Немного моей больной фантазии Даэ Акхеллах 15:01:12
" Коса"
Ничем день не отличался от остальных, но то было лишь до поры. Тишину, разбавленную лишь стуком молота о наковальню, нарушил трескучий, старческий голос, заставляющий мурашки табуном промчаться по коже,- Здравствуй, ты - кузнец?
Совсем не ждал Мирослав гостей, оттого и вздрогнул так, что молот чуть не отбил пальцы. К тому же он не слышал, чтобы дверь в мастерскую открывалась и кто-то заходил вовнутрь.
— А постучать не думали? — грубо ответил он, слегка разозлившись и на себя, и на названного гостя.
— Стучаться? Хм…жизнь такому не учила...— ответил голос.
Мирослав схватил со стола ветошь и, вытирая натруженные руки, медленно обернулся,уже зачитывая в голове отповедь, что он собирался повторить вторженцу. Но слова так и остались где-то в его голове, потому что перед ним стоял весьма необычный клиент.
— По делу я к тебе. Ты не мог бы помочь, да косу мне выправить? - чуть хрипловатым женским голосом спросил гость из под нависшего капюшона.
— И это все? Вот так все закончится ? — отбросив тряпку куда-то в угол,огорченно вздохнул кузнец.
—Всё, да не все,однако хорошо уже не будет... — ответила Смерть.
— Логично, — согласился Мирослав, — не поспоришь. - Коль так, что мне делать теперь?
— Выправить косу, — терпеливо повторила Смерть.
— А потом?
— А потом наточить, если это возможно.
Мирослав бросил взгляд на косу. А на той и правда были заметны несколько выбоин, да и само лезвие уже волной пошло.
— Ну тут-то ясно , — кивнул он,- но мне то отныне что делать? Вещи собирать или молитвы вспоминать? Я, понимаешь ли, в первый раз это...
— А-а-а… вот о чем ты, — плечи Смерти затряслись в беззвучном смехе, — не за тобой я, шальной. Мне просто косу нужно подправить. Сможешь?
— Плевое дело, что уж тут-вздохнул кузнец. Смерть протянула косу.
Взяв ее в,порядком заиндевевшие от абсурда и страха,неверные руки, Мирослав принялся осматривать ее с разных сторон. Дел там было едва ли на четверть часа.
Переступая ватными ногами, кузнец подошел к наковальне и взял в руки молот.
—Так вы присаживайтесь. Не будете же стоять. - вложив в свой голос все свое гостеприимство и доброжелательность,­ предложил Мирослав.
Смерть кивнула и уселась на колченогий табурет, обратившись лицом к небольшому окошку.

***
Работа подходила к концу. Выпрямив лезвие, насколько это было возможно, кузнец, взяв в руку точило, посмотрел на свою гостью.
— Вы меня простите, но сил молчать уж нет, не верится, что держу в руках, поистине, такое страшное оружие. Столько жизней....
Смерть, молча глядевшая в окно, заметно напряглась. Темный провал капюшона медленно повернулся в сторону кузнеца.
— Что ты сказал ? — тихо вопросила она.
— Я сказал, что мне не верится в то, что держу в руках оружие, которое…
— Оружие? Говоришь, оружие?
— Может я не так выразился, просто…
Мирослав не успел договорить. Смерть, единым движением вскочив с места, через мгновение ока оказалась прямо перед лицом кузнеца. Края капюшона слегка подрагивали.
— Ну что, скольких, по-твоему, я убила? — прошипела она сквозь зубы.
— Я… Я не знаю, — опустив глаза в пол, выдавил из себя Мирослав .
— Ответь мне! — Смерть схватила его за подбородок и подняла голову вверх, — сколько?
— Н-не знаю…
— Сколько? - холодно вопросила она ещё раз.
— Да откуда я знаю сколько их было? — пытаясь отвести взгляд, не своим голосом прохрипел кузнец.
Смерть отпустила подбородок и на несколько секунд замолчала. Затем, сгорбившись, она вернулась к табурету и, тяжело вздохнув, села.
— Значит ты не знаешь, сколько их было? — тихо произнесла она и, не дождавшись ответа, продолжила, — а я тебя удивлю. Ни одного, слышишь? НИ ОДНОГО! Моя коса не коснулась.
— Но… А как же?…
— Я вовсе не убивали людей. Зачем мне это, если вы сами прекрасно справляетесь с этой миссией? Вы сами сживаете со свету своих собратьев . Вы! В ваших силах убивать ради каких - то листочков, из простых эмоций, а что хуже - из обычной скуки, ради удовольствия. А когда вам становится этого мало, вы устраиваете войны и убиваете друг друга сотнями и тысячами. Вам просто это нравится. Вы зависимы от чужой крови. И знаешь, что самое противное во всем этом? Вы не можете себе в этом признаться! Вам проще обвинить во всем меня, — она ненадолго замолчала, — ты знаешь, какой я была раньше? Ты знаешь, как красива я была? Встречала людей цветами, добрыми словами. Я улыбалась им и помогала забыть о том, что с ними произошло. Это было очень давно… Посмотри, что со мной стало!

Последние слова она прорычала и, медленно встав , сбросила с головы капюшон.

Перед глазами Мирослава предстало, испещренное шрамами, лицо давно умершего . Белые волосы висели спутанными прядями, уголки губ были неестественно опущены вниз, обнажая нижние зубы, острыми осколками выглядывающие из-под губы. Но самыми страшными были глаза. Абсолютно выцветшие, ничего не выражаются, пустые глаза, уставились на кузнеца.
— Смотри, смотри.. Знаешь что со мной стало? Знаешь, что превратило меня в ЭТО? — она сделала шаг в сторону Мирослава
— Нет, — сжавшись под ее пристальным взглядом, мотнул он головой.
— Конечно не знаешь, — ухмыльнулась она, — это вы сделали меня такой! Я видела как мать убивает своих детей, я видела как брат убивает брата, я видела как человек за один день может убить сто, двести, триста других человек!.. Я рыдала, смотря на это, я выла от непонимания, от невозможности происходящего, я кричала и хрипела от нестерпимого ужаса…
Глаза Смерти заблестели.
— Тогда-то я и сменила свое прекрасное платье на эти черные одежды, чтобы на нем не было видно крови людей, которых я вела. Я надела капюшон, чтобы люди не видели моих слез. У меня больше нет для вас цветов . Вы превратили меня в монстра. А потом обвинили меня во всех грехах. Вам так было легче … — она уставилась на кузнеца немигающим взглядом, — я провожаю вас, я показываю дорогу, я не убиваю людей… Отдай мне мою косу,человек !
Выхватив из дрожащих пальцев кузнеца свое орудие, Смерть развернулась и направилась к выходу из мастерской.
— Позволь задать один вопрос? — послышалось сзади.
— Я знаю твой вопрос, смертный. Зачем тогда мне нужна коса?
— Да.
— Самая чистая, прекрасная дорога …к раю. Она уже давно заросла травой, но я не теряю надежды....­­
Что подарить папе на день рождения — 40-50, 55, 60 лет, от дочери и сына yapriwel 07:53:39
 ­­

Подарки на день рождения любят получать не только женщины, но и мужчины. Подарок для папы — это не просто пустая формальность, это — своеобразное признание в любви самому близкому на свете мужчине.

Что подарить папе на 40-50 лет
Мужчинам от 40 до 50 лет свойственен активный образ жизни. В этом возрасте многие отцы разделяют увлечения своих детей. Хорошим подарком папе от сына будет что-то, имеющее отношение к компьютеру: внешние носители информации, хорошие колонки, новый монитор или беспроводной роутер. Если у мужчины есть какое-нибудь хобби, то задача существенно облегчается. В зависимости от увлечения, виновнику торжества можно подарить палатку, бинокль, подзорную трубу, переносной мангал, сумку-холодильник, набор для покера или новый экземпляр для его коллекции антиквариата. Папе-рыбаку от дочки уместно преподнести на именины резиновые сапоги, а отцу, увлекающемуся садовыми работами в радость будет кусторез или каркас для топиари. Молодые люди, у которых пока нет возможности покупать дорогие подарки, могут подарить папе ремень, портсигар, запонки, галстук, туалетную воду, набор для бритья. Если денег пока нет совсем, то от дочки или сына вполне уместно дарить подарки, сделанные своими руками. Это могут быть фигурки из соленого теста, поделки из кофейных зерен, вязаные вещи или сладости собственного приготовления